Центр еврейского образования на русском языке



Евгений (Эммануэль) Рейзер


hАФТАРА И РУССКАЯ ПОЭЗИЯ



Вы спрашивали о #haftara_ru?

Очень интересно заниматься взаимодействием культур. Пожалуй лучшее, что произвела русская культура - это литература, особенно поэзия, а еврейская культура, это в первую очередь Танах.

Вот и пришла мне идея подыскивать в русской поэзии творения перекликающиеся с недельной главой Торы, как подбирают афтару - отрывок из "Писаний"/Ктувим.

Следующие правила должны соблюдаться:

1. Поэт должен быть классиком, пусть даже забытым, то есть включающийся в авторитетные сборники стихов

2. Стихи должны быть не слишком заезженными - "Я помню чудное мгновение" или "Люблю грозу в начале мая" не предлагать

3. Каждая #haftara_ru публикуется в течении недели перед соответствующим шабатом

4. Переводы принимаются, только если сделаны классиком и получили "свою жизнь"

5. Желательно, чтобы авторы не повторялись, хотя бы до "Второзакония"/Дварим, ну или до Левита /"Ваикра"

6. #haftara_ru должна быть такой, чтобы проходить "тест синагоги", то есть могла бы воображаемо читаться как настоящая афтара. Следовательно, явные христианские мотивы исключаются.

7. Так же как и настоящая афтара, #haftara_ru может быть отрывком, даже не непрерывным (и дифференцируемым) из исходного стихотворения.

Всё можно найти на Фейсбуке под тэгом #haftara_ru.

Б-г с нами!


16 октября 2018 г.

краткое изложение Берешит 11:1-9 в стихах (от Владимира Владимировича):

Городов вавилонские башни,
возгордясь, возносим снова,
а бог
города на пашни
рушит,
мешая слово.


22 октября 2018

Есенин и "Алоней Мамре"

Сергей Есенин тоже занимался перенесением библейских объектов на русскую землю. Особенно это относится к Дубраве Мамре, упомянутой в прошедшей и грядущей недельных главах.

«Иорданская голубица»:

Древняя тень Маврикии
Родственна нашим холмам,
Дождиком в нивы златые
Нас посетил Авраам.

"Октоих":

Под Маврикийским дубом
Сидит мой рыжий дед,
И светит его шуба
Горохом частых звезд.

Занимательно, что в этом процессе релокации поэт пользуется неправильным переводом, хотя Синодальный перевод безупречен. Интересно откуда он взял альтернативный перевод?

Во-первых, в оригинале говорится о "дубраве", а не о одиноком дубе.

Во-вторых, в оригинале - Мамре имя человека, Авраам сидит на участке земли господина Мамре. А у Есенина Маврикия/Мамре это явно название места, а значит неизменное во времени. Из этого он делает далеко идущие заключения, о том, что Авраам сидел чуть ли не под Древом Жизни - "... символическое древо, которое означает «семью». Совсем не важно, что в Иудее это древо носило имя Маврикийского дуба и потому вместе с христианством перешло, как название, бесплатным приложением к нам. Скандинавская Иггдразиль — поклонение ясеню, то древо, под которым сидел Гаутама, и этот Маврикийский дуб были символами «семьи» как в узком, так и широком смысле у всех народов. "

Я подозреваю, что такое представление о дереве, под котором сидел Авраам, было результатом популярности недавно освященного монастыря Святой Троицы в Хевроне, как раз около предполагаемого Мамврийского дуба (как у Есенина он стал Маврикийским отдельный вопрос). Из-за этого события, дуб получил свой мистический статус.


2 ноября 2018 г.

После Маяковского и Есенина - нобелевский лауреат - к недельной главе "Хаей Сара". Личным экскурсоводом поэта, я так понимаю, был сам Давид Шор.

На пути под Хевроном,
В каменистой широкой долине,
Где по скатам и склонам
Вековые маслины серели на глине,
Поздней ночью я слышал
Плач ребенка — шакала.
Из-под черной палатки я вышел,
И душа моя грустно чего-то искала.
Неподвижно светили
Молчаливые звезды над старой,
Позабытой землею. В могиле
Почивал Авраам с Исааком и Саррой.
И темно было в древней гробнице Рахили.


8 ноября 2018 г.

От Хаей Сара плавно переходим к Толдот и от Бунина к его "любимому поэту" - Брюсову.
Будующий большевик и депутат, а пока символист с гражданской позицией, черпал вдохновение в античности, особенно в Риме - первой Москве. Удивительно, что при этом он не ценил Эсава/Исава :(

К согражданам

Борьба не тихнет.
В каждом доме
Стоит кровавая мечта,
И ждем мы в тягостной истоме
Столбцов газетного листа.

В глухих степях, под небом хмурым,
Тревожный дух наш опочил,
Где над Мукденом, над Артуром
Парит бессменно Азраил.

Теперь не время буйным спорам,
Как и веселым звонам струн.
Вы, ликторы, закройте форум!
Молчи, неистовый трибун!

Когда падут крутые Вей
И встанет Рим как властелин,
Пускай опять идут плебеи
На свой священный Авентин!

Но в час сражений, в ратном строе,
Все – с грудью грудь! и тот не прав,
Кто назначенье мировое
Продать способен, как Исав!

Пусть помнят все, что ряд столетий
России ведать суждено,
Что мы пред ними – только дети,
Что наше время – лишь звено!


14 ноября 2018 г.

На "Толдот" была афтара символистов, значит на "Вайеце" должны быть акмеисты, тем более, что некоторые современные поэты без акмеистов не могут ни нужду справить, ни водку пить - нe то что Тору учить.
Анна Андреевнa наверное не была знакома с мидрашом, согласно которому Рахель координировала шаги с Леей, а в остальном религиозно-мистическая эротика, как мы и любим. Итак, "Ахматовские Чтения":

Рахиль

И встретил Иаков в долине Рахиль,
Он ей поклонился, как странник бездомный.
Стада подымали горячую пыль,
Источник был камнем завален огромным.
Он камень своею рукой отвалил
И чистой водою овец напоил.

Но стало в груди его сердце грустить,
Болеть, как открытая рана,
И он согласился за деву служить
Семь лет пастухом у Лавана.
Рахиль! Для того, кто во власти твоей,
Семь лет словно семь ослепительных дней.

Но много премудр сребролюбец Лаван,
И жалость ему незнакома.
Он думает: каждый простится обман
Во славу Лаванова дома.
И Лию незрячую твердой рукой
Приводит к Иакову в брачный покой.

Течет над пустыней высокая ночь,
Роняет прохладные росы,
И стонет Лаванова младшая дочь,
Терзая пушистые косы,
Сестру проклинает, и Бога хулит,
И ангелу смерти явиться велит.

И снится Иакову сладостный час:
Прозрачный источник долины,
Веселые взоры Рахилиных глаз
И голос ее голубиный:
Иаков, не ты ли меня целовал
И черной голубкой своей называл?


20 ноября 2018 г.

Одна из самых занимательных тем недельной главы "Ваишлах", это оценка исхода борьбы Яакова с Ангелом. Была ли это чистая победа, или успех заключался в том, что Яков в этой борьбе выжил. Это и тема нашей афтары.
Райнер Мария Рильке писал по-немецки, но сам себя считал русским поэтом. Не знаю немецкого, но пастернаковский перевод скорее оригинальное произведение нежели перевод. Я сознательно урезал стихотворение, оставив только то, что релевантно к теме. Ох и силища же Борис Леонидович!

Созерцание

Как мелки с жизнью наши споры,
Как крупно то, что против нас.
Когда б мы поддались напору
Стихии, ищущей простора,
Мы выросли бы во сто раз.

Все, что мы побеждаем, - малость.
Нас унижает наш успех.
Необычайность, небывалость
Зовет борцов совсем не тех.

Так Ангел Ветхого Завета
Нашел соперника под стать.
Как арфу, он сжимал атлета,
Которого любая жила
Струною Ангелу служила,
Чтоб схваткой гимн на нем сыграть.

Кого тот Ангел победил,
Тот правым, не гордясь собою,
Выходит из такого боя
В сознаньи и расцвете сил.

Не станет он искать побед.
Он ждет, чтоб высшее начало
Его все чаще побеждало,
Чтобы расти ему в ответ

И ещё, как бывает с афтарот, я добавлю из другого, более известного, стихотворения Пастернака:

Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.


27 ноября 2018 г.

Главный герой недельной главы "Ваешев" - Йосеф, вот и афтара досталась Мандельштаму.

Отравлен хлеб и воздух выпит.
Как трудно раны врачевать!
Иосиф, проданный в Египет,
Не мог сильнее тосковать!

Под звездным небом бедуины,
Закрыв глаза и на коне,
Слагают вольные былины
О смутно пережитом дне.

Немного нужно для наитии:
Кто потерял в песке колчан,
Кто выменял коня — событий
Рассеивается туман;

И, если подлинно поется
И полной грудью, наконец
Все исчезает — остается
Пространство, звезды и певец!

1913

Всё здесь вроде на месте, и отожествление со знаменитым тёзкой, и упоминание хлеба и звезд, ассоциирующимися с Йосефом - хотя некоторые мандельштамоведы "отравлены хлеб" связывают с тогдашнем недоброжелателем Осипа Эмильевича - Велимиром Хлебниковым.

Но есть одна нестыковка. Мы понимаем, что Йосеф страдал, ему было тяжело, но откуда мы знаем, что он тосковал по дому? Нет в тексте на это намека, и в еврейской мейнстримой традиции он вспоминает о доме, только когда появляются братья. Однако в русской православной духовной традиции Иосиф да тоскует по дому. Вот “Плач Иосифа Прекрасного” или «Кому повем печаль мою...» :

Кому повем печаль мою,
кого призову ко рыданию?
Токмо Тебе, Владыко мой,
известен Тебе плач сердечной мой.

Самому Творцу, Создателю,
и всех благих Подателю.
Кто бы мне дал источник слез,
я плакал бы и день и нощь.

Кто бы мне дал голубицу,
вещающу беседами,
возвестила бы Израилю,
отцу моему Иякову:

- Отче, отче Иякове!
Пролей слезы ко Господу.
Не знаешь ты, Иякове,
о своем сыне Иосифе.

Твоя дети, моя братия,
продаша мя во ину землю.
Исчезнуша мои слезы
о моем с тобой разлучении.

Умолкну гортань моя
и несть того, кто б утешил мя.
Земле, земле, возопившая
ко Господу за Авеля,


4 декабря 2018 г.

Недельная глава "Микец". Монотеист Мандельштам отождествлял себя с Йосефом, а мистик, оккультист и язычник Вячеслав Иванов видел как раз в фараоне родственную душу. Разумеется сны фараоновы особенно привлекали гуру символистов. Интересно, что посвящено стихотворение Поликсене Соловьевой (Allegro), сестре и адепту того самого Соловьева

СНОВИДЕНИЕ ФАРАОНА

Сновидец-фараон, мне явны сны твои:
Как им ответствуют видения мои!
Мы Солнце славим в лад на лирах разнозвучных.
Срок жатв приблизился, избыточных и тучных.
Взыграет солнечность в пророческих сердцах:
Не будет скудости в твореньях и творцах.
Но круг зачнется лет, алкающих и тощих,
И голоса жрецов замрут в священных рощах.
И вспомнят племена умолкнувших певцов,
И ждет нас поздний лавр признательных венцов.
Копите ж про запас сынам годов ущербных
Святое золото от сборов ваших серпных!
Сны вещие свои запечатлеть спеши!
Мы — ключари богатств зареющей души.
Скупых безвремений сокровищницы — наши;
И нами будет жизнь потомков бедных краше.

Отожествление тучных лет с "Серебряным Веком" и тощих лет с грядущим, ещё неясным, советским будущем поистине пророческое. Не так он был прост, этот "ключарь богатств зареющей души".


11 декабря 2018 г.

Шабат "Ваигаш" совпадает с 193-й годовщиной Восстания Декабристов, вот и hафтара достанется одному из них. Декабрист-поэт-герой войны 12-го года это идеальный объект для восхищения для поэта и гражданина от Пушкина до Галича и Коржавина, таким трижды благословенным и был Павел Александрович Катенин, ну или почти таким. В основном он известен мрачной военной балладой "Наташа", но нас интересует его очень длинная ("шальшелет" над "и") поэма "Мир поэта" - такой дайжест лицейских курсов по античной истории и закону Божьему. Вот как он описывает примирение братьев с Йосефом:

........
Стыд вечный Яковлим сынам!
От них земле пример разврата.
Завистные, за горсть презренну злата
В неволю слезную продать дерзнули брата.
Не бойся, юноша! тебе заступник бог.
Преступною женой обмалутый владетель
Вотще тебя казнит за добродетель,
К невинному несправедливо строг.
Расторгла цепь твою всевышнего десница,
Твоя отверзлася темница,
И в царский ты вселен чертог.
Теперь уже не 'сна обманутый мечтою,
Ниц падших видишь ты злых братии пред собою;
Нет, нужда зельная и нестерпимый глад
Их привели к тебе: к какой осудишь доле?
Мечом ли умереть, иль век пожить в неволе?
Не узнаёт тебя их устрашенный взгляд;
Но ты!.. ты их узнал, и сердце встрепетало,
И сил твоих не стало.
Слезами залился их грозный судия,
И молвил к ним: «Не бойтесь; я —
Иосиф, брат ваш, сын Израиля, Рахили.
Я тот, кого вы все на рабство осудили;
Но бог от зла меня упас,
Египет моему подвергнул он закону,
И как отца поставил фараону,
Придите, братия, вселитесь между нас,
Родителя с собою приведите
И старца жизнию моей возвеселите».
................

Порадовало "отца поставил фараону" - четкая калька с ивритского текста, хотя там конечно имеется в виду типа "премьер-министр".


18 декабря 2018 г.

В недельной главе "Вайехи" рассказывается о смерти Яакова. Но постойте, ведь мы учили, что "отец наш Яаков не умер". Традиционное понимание этого утверждения в том, что Яаков как частный человек умер, но его личность передалась всему народу Израиля, в этом смысле он жив и сейчас. Но что дало Яаковy такую способность пережить смерть? Можно вспомнить борьбу Яакова с ангелом, и интерпретировать это так, что "ангел" был покровителем/демоном Эсава, он же ангел смерти, известный под непроизносимым именем Самаэль/С.Д.
Такую связь, несколько скрытую, находим у автора нашей афтары - колдуньи-поэта Марины Цветаевой, "мир — твоя колыбель, и могила — мир":

Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес,
Оттого что лес — моя колыбель, и могила — лес,
Оттого что я на земле стою — лишь одной ногой,
Оттого что я тебе спою — как никто другой.

Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей,
У всех золотых знамен, у всех мечей,
Я ключи закину и псов прогоню с крыльца —
Оттого что в земной ночи я вернее пса.

Я тебя отвоюю у всех других — у той, одной,
Ты не будешь ничей жених, я — ничьей женой,
И в последнем споре возьму тебя — замолчи! —
У того, с которым Иаков стоял в ночи.

Но пока тебе не скрещу на груди персты —
О проклятие! — у тебя остаешься — ты:
Два крыла твои, нацеленные в эфир, —
Оттого что мир — твоя колыбель, и могила — мир!


25 декабря 2018 г.

Тора не роман. Это относится и к нашей недельной главе "Шмот". Нравственные поиски и внутренний мир героя не фокус повествования, такой уж жанр. Что чувствовал Моше, убив египтянина, о чем он думал живя долгие годы в Мидьяне? В тексте Торы мы этого не находим, а находим в мидрашах. И ещё мидраши объясняют символы, которые даются без решений в тексте Писания, как например "Неопалимая купина". Автор нашей афтары, философ и поэт Владимир Соловьев тоже написал такой мидраш - хорошо прочувствовал тему. Интересно, есть ли ещё русский поэт, который называет Египет Мицраимом?

Неопалимая купина

Я раб греха: во гневе яром
Я египтянина убил,
Но, устрашен своим ударом,
За братьев я не отомстил.

И, трепеща неправой брани,
Бежал не ведая куда,
И вот в пустынном Мидиане
Коснею долгие года.

В трудах бесславных, в сонной лени
Как сын пустыни я живу
И к Мидианке на колени
Склоняю праздную главу.

И реже все и все туманней
Встают еще перед умом
Картины молодости ранней
В моем отечестве чужом.

И смутно видятся чертоги,
Где солнца жрец меня учил,
И размалеванные боги,
И голубой златистый Нил.

И слышу глухо стоны братий,
Насмешки злобных палачей,
И шепот сдавленных проклятий,
И крики брошенных детей...

Я раб греха. Но силой новой
Вчера весь дух во мне взыграл,
А предо мною куст терновый
В огне горел и не сгорал.

И слышал я: "Народ Мой ныне
Как терн для вражеских очей,
Но не сгореть его святыне:
Я клялся Вечностью Моей.

Трепещут боги Мицраима,
Как туча, слава их пройдет,
И Купиной Неопалимой
Израиль в мире расцветет".


1 января 2019 г.

Хорошей афтарой к "Ваира" была бы эпическая "Поэма Казней Египетских" Натана Альтермана в чудесном переводе Алекса Тарна. Но во-первых, это всё-таки ивритская литература, а не русская, а во-вторых объём тянет на свиток, а не на афтару. Но есть альтернатива. Пафос хорош, но смех убивает эффектнее. Так посмеялся над фараоном классик современной неклассической поэзии Алексей Хвостенко (был ли соавтором Анри Гиршевич Волохонский, как в "Орландине" и "Раю", непонятно). В песню искусно включены казни - вопрос знатокам - сколько казней вы в насчитали? Вот она, афтара:

Фараон

Право какой упрямый
Прямо назад на трон
Сел он на зверь багряный
И говорит нам: Вон!
Наш фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Экая право жаба
Боже какой урод
Рака с ногами краба
Рыба наоборот
Наш фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Там пирамид кузнечик
Сущая саранча
Скачет ему навстречу
Вечно к нему торча
О фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Где твои песьи мухи
Падаль дымит в ладонь
Жабы слепые глухи
Тут по пятам там вонь
О фараон
Фа-фа фа-фа-раон

В Красного моря реку
Клубом из-за угла
Падая ку-ка-реку
Дула из дула мгла
О фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Лже- все твои пророки
Тварь твоего рогат
Брюху как руки в боки
Тысячи киловатт
О фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Есть у него могила
Пара ступенек вверх
Варит подруга мыло
Пара полно на всех
О фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Хвост, отдавай комету
Бубен последний звон
Был он его и нету
Бедный наш фараон
О фараон
Фа-фа фа-фа-раон

Отдельный бонус - кто переведет, не гугля, обратно не иврит "песьи мухи"?
Заметим, что Хвост не следует мидрашу, что фараон не погиб в пучине Красного моря.
"Рака с ногами краба" шедевр конечно....


9 января 2019 г.

В недельной главе "Бо" происходит Исход из Египта. Учили мудрецы, что евреи в Египте опустились до 49 ступени нечистоты, а если бы дошли до 50, то не вышли бы - что же это за 50я ступень? Есть такое объяснение - 50я ступень это ассимиляция на основе равноправия в египетское общество. Плохо быть объектом злодейства злодеев, но ещё хуже быть принятым в их компанию. Об этом афтара нашей главы, нaписаная Александром Моисеевичем Городницким. Стихи из категории "Прощай немытая Россия", но если Михаил Юрьевич говорит от лица героя покидающего страну, то Городницкий напутствует целый народ, оставаясь(!) в стране "господ и рабов".

Беги от кумачёвых их полотен...

Беги от кумачёвых их полотен,
От храмов их, стоящих на костях.
Дурацкий спор заведомо бесплоден:
Они здесь дома - это ты в гостях.

Ледок недолгий синеват и тонок
Над омутами чёрных этих рек.
Перед тобой здесь прав любой подонок
Лишь потому, что местный человек.

Не ввязывайся в варварские игры,
Не обольщайся, землю их любя, -
Татарское немеряное иго
Сломало их, - сломает и тебя.

Беги, покуда не увязнул в рабстве.
Пусть голову не кружит ерунда
О равенстве всеобщем и о братстве:
Не будешь ты им равен никогда,

Хрипящим, низколобым, бесноватым.
Отнявшие и родину, и дом,
Они одни пусть будут виноваты
В холопстве и палачестве своём.

Не проживёшь со стадом этим вровень,
Не для тебя их сумеречный бред, -
Здесь все они родня по общей крови,
А на тебе пока что крови нет.

1992


16 января 2019 г.

Разделение вод Красного моря в недельной главе "Бешaлах" одно из наиболее поразительных событий описанных в Торе. Оно настолько "противоестественное", что мидраши занимаются вопросом, как Всевышний смог уговорить "принца Красного моря" подчиниться высокому повелению. Не знаю, знаком ли был Николай Гумелев с этим мидрашом, но гладя на Красное морe, он тоже размышлял над этим вопросом.

КРАСНОЕ МОРЕ
Здравствуй, Красное Море, акулья уха,
Негритянская ванна, песчаный котел,
На твоих берегах вместо влажного мха,
Известняк, как чудовищный кактус, расцвел.

На твоих островах в раскаленном песке,
Позабытых приливом ростущим в ночи,
Умирают чудовища моря в тоске:
Осьминоги, тритоны и рыбы-мечи.

С африканского берега сотни пирог
Отплывают и жемчуга ищут вокруг
И стараются их отогнать на восток
С аравийского берега сотни фелуг.

Как учитель среди шалунов, иногда
Океанский проходит средь них пароход,
Под винтом снеговая клокочет вода,
А на палубе красные розы и лед.

Ты безсильно над ним, пусть ревет ураган,
Напухает волна за волной, как гора,
Лишь и будет, что скажет, вздохнув, капитан
„Слава Богу свежо, надоела жара!“

Блещет воздух стеклянный, налитый огнем,
И лучи его сыпятся, словно цветы,
Море, Красное Море, ты царственно днем,
Но ночами еще ослепительней ты.

Только в небо скользнут водяные пары,
Тени черных русалок мелькнут на волнах,
Нам чужие созвездья, кресты, топоры,
Над тобой загорятся в небесных садах.

Из лесистых ущелий приходят слоны,
Чутко слушая волн набегающих гул,
Обожать отраженье ущербной луны,
Подступают к воде и боятся акул.

И когда выплывает луна на зенит,
Вихрь проносится, запахи леса тая.
От Суэца до Бабель-Мандеба звенит,
Как Эолова арфа поверхность твоя.

И ты помнишь, как, только одно из морей,
Ты когда-то исполнило Божий закон,
Ты раздвинуло цепкие руки зыбей,
Чтоб прошел Моисей и погиб Фараон.


22 января 2019 г.

В недельной главе "Итро" Вс-вышний открывается Моше и Народу Израиля на горе Синай и звучат Десять Заповедей. Возможно, самая непонятная из них - это последняя заповедь - "Не возжелай". Как можно приказать сердцу?

Объяснения есть такие:

1. "Не возжелай" - ограда для других заповдей - не захочешь чужое - не будешь воровать (РАМБАМ)
2. Желать чужое - само по себе ущерб (Касуто)
3. Имеется в виду ограничивать свои хотения (Саадия Гаон, Филон)
4. Надо воспитывать себя, что бы не возжелать чужого, вроде табу (Ибн Эзра)
5. Нет проблем, хороший человек прикажет сердцу - и нет желания чужого (Хинух)

Автор нашей афтары Александр Сергеевич Пушкин (русский поэт первой половины 19-го века), похоже читал Сефер аХинух:

ДЕСЯТАЯ ЗАПОВЕДЬ

Добра чужого не желать
Ты, Боже, мне повелеваешь;
Но меру сил моих ты знаешь —
Мне ль нежным чувством управлять? Обидеть друга не желаю,
И не хочу его села,
Не нужно мне его вола,
На все спокойно я взираю:
Ни дом его, ни скот, ни раб,
Не лестна мне вся благостыня.
Но ежели его рабыня,
Прелестна... Господи! я слаб!
И ежели его подруга
Мила, как ангел во плоти, —
О Боже праведный! прости
Мне зависть ко блаженству друга.
Кто сердцем мог повелевать?
Кто раб усилий бесполезных?
Как можно не любить любезных?
Как райских благ не пожелать?
Смотрю, томлюся и вздыхаю,
Но строгий долг умею чтить,
Страшусь желаньям сердца льстить,
Молчу... и втайне я страдаю.


29 января 2019 г.

Первый же закон в недельной главе "Мишпатим" говорит о рабстве. Тут и замечательное предписание прокалывать ухо рабу, не пожелавшему выйти из рабства. Насколько закон этот актуален для нас с вами? В буквальном смысле мы конечно свободны, но посыл Торы более широкий, можно затолкнуть себя в рабство денег, глупых увлечений, работы, как сказал один поэт, (ещё не автор нашей афтары),

Говорят,
уничтожено рабство…
Не согласна:
еще мощней
рабство
всех предрассудков классовых,
рабство денег,
рабство вещей.
Да,
цепей старомодных нет,
но другие на людях цепи —
цепи лживой политики,
церкви
и бумажные цепи газет.

Вот и автор нашей афтары, Илья Эренбург, как-то провел день свободы - Шабат, с халами, свечами, псалмами Давида и всевозможными удовольствиями. А к понедельнику обнаружил себя опять в мире, где хочешь не хочешь, а надо тащиться на ненавистную службу. Чем не раб, пусть и в условиях люкс?

Громкорыкого Хищника
Пел великий Давид.
Что скажу я о нищенстве
Безпризорной любви?

От груди еле отнятый,
Грош вдовицы зацвел
Над хлебами субботними
Роем огненных пчел.

Бьются души обвыклые,
И порой — не язык —
Чрево древнее выплеснет
Свой таинственный крик.

И по-новому чуждую
Я припомнить боюсь,
Этих губ не остуженных
Предрассветную грусть.

Но заря Понедельника,
Закаляя тоску,
Ухо рабье, как велено,
Пригвоздит к косяку.

Крики черного коршуна!
Азраила труба!
Из горчайших, о горшая,
Золотая судьба!


5 февраля 2019 г.

Недельная глава "Трума" перечисляет материалы которые пойдут на возведение скинии Завета - переносного Храма. Скиния - это обитель Творца, Царя царей, и как полагается дворцу - в нем используются лучшие материалы. Особо выделим ткани - пурпур, лазурь, виссон и кармин, этот набор встречается многократно в описании одежд коэнов и убранства скинии.

Ницца была для поэта в изгнании и автора нашей афтары Георгия Иванова не только городом обитания, но и таким дворцом-храмом чужой страны, местом где уже всё хорошо. Неудивительно, что применительно к Ницце он употребляет ткани из нашей недельной главы:

Закат в полнеба занесен,
Уходит в пурпур и виссон
Лазурно-кружевная Ницца…

…Леноре снится страшный сон —
Леноре ничего не снится.

Интересна здесь и Ленора. Это отсылка к одноименной нео-готической балладе-ужастику Готфрида Бюргера, русскому читателю известна также как "Светлана", "Людмила", "Ольга" (все - "Ленора" в формате "детям до 18"). Но Леноре из Ниццы уже кошмары не снятся, какие кошмары в храме или дворце эльфов? Кстати Бюргер придумал не только Ленору, но и оформил заново Барона Мюнхаузена, вот вам и путь ассоциаций от сбора пожертвований на Скинию к тому самому. И ещё одно замечание. Виссон - это материя, тонкий лен. Пурпур, лазурь и кармин - цвета шерстяной ткани. Виссон в Торе (שש) всегда белый, но в принципе может быть какого угодно цвета, У Г. Иванова виссон или черный (как у Державина), или красный, кто видел закат в Ницце может помочь разобраться :).

13 февраля 2019 г.

Среди одежд первосвященника упомянутых в недельной главе "Тецаве" выделяется нагрудник - "Хошен аМишпат". Сделан он из золота и тканей, о которых мы говорили в предыдущей афтаре, а непроходящий интерес вызывают 12 камней, которые в этот нагрудник помещались. Вот они в одном из общепринятых переводов-идентификаций:

אֹדֶם פִּטְדָה וּבָרֶקֶת
נֹפֶךְ סַפִּיר, וְיָהֲלֹם
לֶשֶׁם שְׁבוֹ, וְאַחְלָמָה
תַּרְשִׁישׁ וְשֹׁהַם, וְיָשְׁפֵה

рубин, топаз, изумруд,
бирюза, сапфир и алмаз
янтарь , агат и аметист
хризолит, оникс и яшма

Самым популярным драгоценным камнем в русской поэзии является жемчуг, которого нет на Хошене. А наиболее самоцвето-ориентированным поэтом был, вернее была, Тэффи (Наде́жда Алекса́ндровна Ло́хвицкая), известная своими очаровательными и очень современными фельетонами, но и поэтесса замечательная. Вот какие камни/огни служат названиями разделов её сборника "Семь огней":

Сафир (сапфир)
Александрит (по сути, вид хризолита - תַּרְשִׁישׁ )
Аметист
Изумруд
Рубин
Топаз
Алмаз

Добавим, что оникс упоминается в разделе "Топаз" (стихотворение "Зверь", которое могло бы быть афтарой к "Берешит"). Там же найдете и яшму ("Праздник дев").

Бирюзу Тэффи вставила в стихотворение "Восток", не из "Семи Огней"

Остались янтарь и агат, так что 10 из 12. Неплохо.

Согласно традиции, камни нагрудника сообщали первосвященнику информацию свыше, надо только было уметь правильно их (камни) чувствовать или читать, а умел не всякий, а только "тот, кто сердцем чист". Об этом чудесном свойстве камней стихотворение Тэффи "Аметист":

Аметист

Побледнел мой камень драгоценный,
Мой любимый темный аметист.
Этот знак, от многих сокровенный,
Понимает тот, кто сердцем чист.

Робких душ немые властелины,
Сатанинской дерзкою игрой
Жгут мечту кровавые рубины,
Соблазняют грешной красотой!

Мой рубин! Мой пламень вдохновенный!
Ты могуч, ты ярок и лучист...
Но люблю я камень драгоценный -
Побледневший чистый аметист!


19 февраля 2019 г.

Давно известно, что если наш - то разведчик, если их - то шпион; наш - партизан, их - бандит; наш - борец за свободу, их - мятежник. Так и с аналогиями из Танаха, если революционер наш, то Moses came down Egypt land, а их бунтовщик - о таких в нашей недельной главе "Ки Тиса". Жаль читатель, что ты не жил в российских столицах в середине 19-го века - тогда бы не пришлось тебе объяснять, кто такая Каролина Павлова, в то время одна из самых узнаваемых поэтов, да наверно первая "хрестоматичная" русская поэтесса. Подобно Вяземскому, Достоевскому и Юнне Мориц автор нашей афтары прошла путь от революционной романтики к роматическому реакционерству. "Весну народов" 1848 года она уже иначе, как бунт сброда поклонников золотого тельца, не воспринимала, может в этом причина её забвения? Вот что она говорит, устами Калиостро (из поэмы "Разговор в Трианоне"), про революционеров 1848 в частности, и про всех революционеров вообще:

Толпу я знаю не отныне:
Шел с Моисеем я в пустыне;
Покуда он, моля Творца,
Народу нес скрижаль закона,-
Народ кричал вкруг Аарона
И лил в безумии тельца.

Я видел грозного пророка,
Как он, разбив кумир порока,
Стал средь трепещущих людей
И повелел им, полон гнева,
Направо резать и налево
Отцов, и братий, и детей.


28 февраля 2019 г.

Недельная глава "Ваякhель" начинается с заповеди соблюдения Субботы. Простой смысл почему эта заповедь появляется в главе посвященной строительству скинии в том, что даже храм нельзя строить в Шаббат. Есть и более глубокая связь - храм/скиния это место вне нашего мира, как бы посольство мира грядущего, где очевидно Б-жественное присутствие, так и Суббота - "מעין עולם הבא יום שבת מנוחה" - "Суббота покоя от мира грядущего". В христианском мире Суббота заменена воскресеньем, однако понятие Субботы осталось, подвергнувшись интересному переосмысливанию, вместо дня отдыха - отдых после суетной жизни, "времена Мошиаха". Два очень разных поэта выразили эту идею - авторы нашей афтары философ-странник Григирий Сковорода и поэт-дипломат Юргис Балтрушайтис. Можете одно стихотворение считать хасидской афтарой, а второе - литовской.

афтара Сковороды (орфография Малороссии XVIII вака):

ПЕСНЬ 15-я

Лежиш во гробе, празднуеш субботу
По трудах тяжких, по кровавом поту.
Князь никоих дел в тебе не имеет,
Князь сего мира, что всеми владеет.
О неслыханны се следы!
О новый роде победы!
О сыне Давидов!

Сыне Давидов, Лазаря воззвавый
Из мудростей земных до небесной славы,
Убий телесну и во мне работу!
Даждь мне с тобою праздновать субботу,
Даждь мне ходить в твои следы,
Даждь новый род сей победы,
О сыне Давидов!

афтара Балтрушайтиса:

Nocturne

Час полночный... Миг неясный...
Звездный сумрак... — Тишина...
Слабых крыльев взмах напрасный,
Мысль — как колос без зерна!

Весь свой век, как раб угрюмый
В опустелом руднике,
Пролагаю ходы, трюмы
С тяжким молотом в руке...

Много в мире нас стучало,
Вскинув горестный топор, —
Мы не знаем, где начало
В лабиринте наших нор...

Все-то знанье — что от века
Миллионы слабых рук,
Точно сердце человека,
Повторяли тот же стук...

Весь удел в тюрьме гранитной,
В сером храме древних скал: —
Чтобы молот стенобитный
Одиноко упадал...

Дни идут — пройдут их сотни —
Подземелью края нет...
Только смерть — наш День Субботний,
Бледность искры — весь наш свет!


6 марта 2019 г.

Недельная глава "Пикудей", последняя глава книги "Шмот", завершает длинное повествование о строительстве Скинии/Мишкана. Немало деталей стройобъекта есть в этих главах, но всё же это не точный чертеж, нет приложения к Торе с картинкой Мишкана и с подписью Вс-вышнего. Как же Моше и Бецалель знали что строить? Мидраш говорит, что Моше видел "макет" (תבנית ) строения, но это был не буквально макет как в строительных проектах, а идея Мишкана, что он должeн символизировать и как работать (Может это и есть "небесный храм"?), а дальше уже "умный сердцем" Бецалель претворил идею в строении. Об этой эстетической интуиции и страсти строителя стихотворение автора нашей афтары - Булата Окуджавы, как будто Вс-вышний обращается к Моше или Бецалелю:

Строитель, возведи мне дом,
без шуток,
в самом деле,
чтобы леса росли на нем
и чтобы птицы пели.

Построй мне дом, меня любя,
построй, продумав тонко,
чтоб был похож он на себя
на самого,
и только.

Ты не по схемам строй его,
ты строй не по стандарту,—
по силе чувства своего,
по сердцу,
по азарту.

Ты строй его — как стих пиши,
как по холсту — рисуя.
По чертежам своей души,
от всей души,
рискуя.

1965


13 марта 2019 г.

Недельная глава "Ваикра" рассказывает о правилах жертвоприношения. Есть три основных вида жертв, доступных для любого еврея, - всесожжения, грехо-очистительная и благодарственная. Мы остановимся на последней. Еврей, перед закланием животного, должен возложить руки на жертву и произнести слова благодарности - "видуй". Слова эти не фиксированы в канонический текст (в отличии от слов благодарности при приношении первинок, известные всем из Пасхальной Агады), и каждый может благодарить Вс-вышнего своими словами и за то, что ему дорого. "Видуй" автора нашей афтары Саши Черного (Алекса́ндр Миха́йлович Гли́кберг), звучал бы так:

Благодарю Тебя, Создатель,
Что я в житейской кутерьме
Не депутат и не издатель
И не сижу еще в тюрьме.

Благодарю Тебя, могучий,
Что мне не вырвали язык,
Что я, как нищий, верю в случай
И к всякой мерзости привык.

Благодарю Тебя, Единый,
Что в Третью Думу я не взят, –
От всей души, с блаженной миной,
Благодарю Тебя стократ.

Благодарю Тебя, мой Боже,
Что смертный час, гроза глупцов,
Из разлагающейся кожи
Исторгнет дух в конце концов.

И вот тогда, молю беззвучно,
Дай мне исчезнуть в черной мгле –
В раю мне будет очень скучно,
А ад я видел на земле.

1908


20 марта 2019 г.

Недельная глава "Цав", как и предыдущая, "Ваикра", рассказывает о правилах жертвоприношений. Подчеркивается важность каждой детали и важность ритуальной чистоты жертвы и её приносителей. Однако, что с чистотой нравственной? Лишь намеком Тора обращает на неё внимание, может создаться неверное языческое представление, что жертвы - это механизм получения благословения Небес, такая взятка - я Б-гу корову, а он мне - успех. Пророки клеймили такой взгляд на служение в Храме, а мудрецы эти пророчества включили в стандартную афтару, к нашей и предыдущей главам. Например Иеремияhу (7:21...), которого будут читать в этот Шабат:

ТАК СКАЗАЛ БОГ ВОИНСТВ, ВСЕСИЛЬНЫЙ Бог ИЗРАИЛЯ: ЗАБЕРИТЕ ЖЕРТВЫ ВСЕСОЖЖЕНИЯ ВАШИ ВМЕСТЕ С прочими ЖЕРТВАМИ И САМИ ЕШЬТЕ МЯСО. /22/ ИБО НЕ ГОВОРИЛ Я ОТЦАМ ВАШИМ И НЕ ДАВАЛ ИМ ПОВЕЛЕНИЙ В ДЕНЬ, КОГДА ВЫВЕЛ ИХ ИЗ СТРАНЫ ЕГИПЕТСКОЙ, О ЖЕРТВАХ ВСЕСОЖЖЕНИЯ И О прочих ЖЕРТВАХ. /23/ НО ВОТ ЧТО ПОВЕЛЕЛ Я ИМ, СКАЗАВ: "СЛУШАЙТЕСЬ МЕНЯ - И БУДУ Я ВАМ ВСЕСИЛЬНЫМ Богом, А ВЫ БУДЕТЕ МНЕ НАРОДОМ; ИДИТЕ ДОРОГОЙ, КОТОРОЙ Я ПОВЕЛЮ ВАМ ИДТИ, ДЛЯ БЛАГА ВАШЕГО"

Мы обычно не привязываем афтару русской поэзии к афтаре традиционной, но на этот раз - исключение. Николай Языков был таким плейбоем и party animal, и большинство его стихов - в духе "главное в девушке - это глаза, ланиты, и так далее", но при этом, наверно вторым источником его вдохновения был Танах, и тему ложных жертв он не обошел, видать прилежно читал Пророков. А ещё он был единственным поэтом, чьему поэтическому дару, по собственному признанию, завидовал Пушкин. Вот, что Языкову есть сказать поэту предавшему своё предназначение (с сокращениями):

Поэту

....
Иди ты в мир - да слышит он пророка, Но в мире будь величествен и свят:
Не лобызай сахарных уст порока
И не проси и не бери наград.
Приветно ли сияет багряница?
Ужасен ли венчанный произвол?
Невинен будь, как голубица,
Смел и отважен, как орел!

И стройные, и сладостные звуки
Поднимутся с гремящих струн твоих;
В тех звуках раб свои забудет муки,
И царь Саул заслушается их;
И жизнию торжественно-высокой
Ты процветешь - и будет век светло
Твое открытое чело
И зорко пламенное око!

Но если ты похвал и наслаждений
Исполнился желанием земным,-
Не собирай богатых приношений
На жертвенник пред Господом твоим:
Он на тебя немилосердно взглянет,
Не примет жертв лукавых; дым и гром
Размечут их - и жрец отпрянет,
Дрожащий страхом и стыдом!

1831


27 марта 2019 г.

История с гибелью Надава и Авиу в недельной главе "Шeмини" одна из самых загадочных в Торе. В чем была их вина? Что определило столь суровое наказание? Было ли это вообще наказание?

Есть три основных направления интерпретации произошедшего:

1. Надав и Авиу были грешиками и совершили грех
2. Надав и Авиу были праведниками, но сделали досадную ошибку - коэн, как и сапер может ошибаться один раз.
3. Надав и Авиу были праведниками, и совершили особый возвышенный поступок. Это великие души, которые обязаны были приблизиться к божественному на опасное расстояние. Нам, конечно, не следует повторять их поступок.

третий подход самый интригующий и интересный, но и самый сложный, на нем мы и остановимся. Афтара наша - тоже не простая.

Борис Чичибабин это тот самый опальный провинциальный, но очень искренний и настоящий поэт, которому Галич посвятил "Первый Псалом" ("Я вышел на поиски Бога..."). Не знаю, насколько Борис Алексеевич помнил сюжет из "Левита", когда написал нашу афтару, но ассоциация на поверхности. На роль Надава и Авиу, грешных и божьих, воспаривших и сожженных, Чичибабин ставит Осипа Мандельштама и Марину Цветаеву (с сокращениями):

О, дай нам Бог внимательных бессонниц,
чтоб каждый мог, придя под грубый кров
как самозванец, вдруг с далеких звонниц
услышать гул святых колоколов.

Той мзды печаль укорна и старинна,
щемит полынь, прощает синева.
О брат мой Осип и сестра Марина,
спасибо вам за судьбы и слова.

О, трижды нет! Не дерзок я, не ловок,
чтоб звать в родню двух лир безродный звон.
У ваших ног, натруженных, в оковах,
я нищ и мал. Не брезгуйте ж родством.

Когда в душе, как благовест господний,
звучат стихи с воскреснувших страниц,
освободясь из дымной преисподней,
она лежит простершаяся ниц

и, слушая, наслушаться не может,
из тьмы чужой пришедшая домой,
и жалкий век, что ею в муках прожит,
не страшен ей, блаженной и немой.
...

О, ей бы так, на ангельском морозе б
пронзить собой все зоны и слои.
Сестра моя Марина, брат мой Осип,
спасибо вам, сожженные мои!

Спасибо вам, о грешные, о божьи,
в святых венцах веселий и тревог!
Простите мне, что я намного позже
услышал вас, чем должен был и мог.

Таков наш век. Не слышим и не знаем.
Одно словечко в Вечность обронив,
не грежу я высоким вашим раем.
Косноязычен, робок и ленив,

всю жизнь молюсь без имени и жеста,—
и ты, сестра, за боль мою моли,
чтоб ей занять свое святое место
у ваших ног, нетленные мои.

1980

Мне особенно приятно привести стихи Чичибабина. Вряд ли был другой аутентичный русский поэт, столь неподдельно любивший евреев:

Не родись я Русью, не зовись я Борькой,
не водись я с грустью золотой и горькой,

не ночуй в канавах, счастьем обуянный,
не войди я навек частью безымянной

в русские трясины, в пажити и в реки,—
я б хотел быть сыном матери-еврейки.

(бонус для переводчика - "пажить" это то, что на иврите называется אחו, там, где паслись 7 тучных коров)


3 апреля 2019 г.

Недельная глава "Тазриа" начинается с действий, которые роженица должна предпринять после рождения ребенка. В числе этих действий - грехо-искупительная жертва хатат. Спрашивается - в чем же роженица виновата? Мудрецы предлагают разные варианты, например, что она напрасно клялась во время родов избегать в будущем мужа, или это жертва за грех Хавы. Моё объяснение такое. Представьте, женщина развивает свою карьеру - наука, бизнес, политика, даже поэзия, - и вдруг она становится матерью. А это требует полной самоотдачи, по крайней мере в первые годы жизни ребенка. В наличии выбор, как бы мать не решила, она будет чувствовать себя виноватой, что не реализовала себя, предала либо материнство, либо своё призвание. "Хатат" искупает не только очевидный грех, но и ситуацию выбора, когда каждый из вариантов оставляет ощущение проступка. Кто может поведать об этой трагической дилемме лучше чем поэтесса-мать, особенно если это первая дама позднесоветской поэзии? В 1973 году Белла Ахмадулина родила дочку Елизавету, и выразила в нашей афтаре боль несовместимости материнства и возможности писать стихи - "Всё - лишь ему, ничего - ремеслу", "Что же, не хуже других матерей| я - погубившая детище речи". Может, принести она "хатат", всё обернулось бы по другому?

Что за мгновенье! Родное дитя
дальше от сердца, чем этот обычай:
красться к столу сквозь чащобу житья,
зренье возжечь и следить за добычей.
От неусыпной засады моей
не упасется ни то и ни это.
Пав неминуемой рысью с ветвей,
вцепится слово в загривок предмета.
Эй, в небесах! Как ты любишь меня!
И, заточенный в чернильную склянку,
образ вселенной глядит из темна,
муча меня, как сокровище скрягу.
Так говорю я и знаю, что лгу.
Необитаема высь надо мною.
Гаснут два фосфорных пекла во лбу.
Лютый младенец кричит за стеною.
Спал, присосавшись к сладчайшему сну,
ухом не вёл, а почуял измену.
Всё - лишь ему, ничего - ремеслу,
быть по сему, и перечить не смею.
Мне - только маленькой гибели звук:
это чернил перезревшая влага
вышибла пробку. Бессмысленный круг
букв нерожденных приемлет бумага.
Властвуй, исчадие крови моей!
Если жива, - значит, я недалече.
Что же, не хуже других матерей
я - погубившая детище речи.
Чем я плачу за улыбку твою,
я любопытству людей не отвечу.
Лишь содрогнусь и глаза притворю,
если лицо мое в зеркале встречу.

1973


11 апреля 2019 г.

Недельная глава "Мецора" полностью посвящена болезни, которая так называется "цараат". Нет, это не проказа-лепра, а какое-то, по видимому исчезнувшее, кожное заболевание. Мудрецы учат, что болезнь эту вызывают плохие поступки, в первую очередь сплетни и злословие (см. историю напраслины Мирьям на Моше в Бемидбар). Почему очистительная жертва "мецоры" птицы? - Да потому, что он бездумно щебетал подобно птицам. Такой мидраш приводит Раши. Следовательно, как помочь сплетнику не заболеть "цараат"? - Не верить его словам, тогда не будет ущерба, и он не будет наказан! Это правильное поведение было знакомо афторы нашей афтары Андрею Вознесенскому, как следует из его стихотворения:

Ода сплетникам

Я сплавлю скважины замочные.
Клевещущему - исполать.
Все репутации подмочены.
Трещи,
трехспальная кровать!

У, сплетники! У, их рассказы!
Люблю их царственные рты,
их уши,
точно унитазы,
непогрешимы и чисты.

И версии урчат отчаянно
в лабораториях ушей,
что кот на даче у Ошанина
сожрал соседских голубей,
что гражданина А. в редиске
накрыли с балериной Б...

Я жил тогда в Новосибирске
в блистанье сплетен о тебе.
как пулеметы, телефоны
меня косили наповал.
И точно тенор - анемоны,
я анонимки получал.

Междугородные звонили.
Их голос, пахнущий ванилью,
шептал, что ты опять дуришь,
что твой поклонник толст и рыж.
Что таешь, таешь льдышкой тонкой
в пожатье пышущих ручищ...

Я возвращался.
На Волхонке
лежали черные ручьи.

И все оказывалось шуткой,
насквозь придуманной виной,
и ты запахивала шубку
и пахла снегом и весной.

Так ложь становится гарантией
твоей любви, твоей тоски...

Орите, милые, горланьте!..
Да здравствуют клеветники!
Смакуйте! Дергайтесь от тика!
Но почему так страшно тихо?

Тебя не судят, не винят,
и телефоны не звонят...


25 апреля 2019 г.

Недельная глава "Ахарей Мот" начинается с описания службы первосвященника в Йом Кипур. Один из самых неожиданных моментов этой службы - это жертва Азазелю, как сказано Вaикра/Левит 16:7-10:
"И ВОЗЬМЕТ ДВУХ КОЗЛОВ, И ПОСТАВИТ ИХ ПРЕД БОГОМ У ВХОДА В ШАТЕР ОТКРОВЕНИЯ. И ВОЗЛОЖИТ АhАРОН НА ОБОИХ КОЗЛОВ ЖРЕБИЙ: ЖРЕБИЙ ОДИН ДЛЯ БОГА, И ЖРЕБИЙ ДРУГОЙ ДЛЯ АЗАЗЕЛЯ. И ПРИВЕДЕТ АhАРОН КОЗЛА, НА КОТОРОГО ВЫПАЛ ЖРЕБИЙ ДЛЯ БОГА, И ПРИНЕСЕТ ЕГО В ГРЕХООЧИСТИТЕЛЬНУЮ ЖЕРТВУ. А КОЗЛА, НА КОТОРОГО ВЫПАЛ ЖРЕБИЙ ДЛЯ АЗАЗЕЛЯ, ПУСТЬ ОСТАВИТ ЖИВЫМ ПРЕД БОГОМ, ЧТОБЫ СОВЕРШИТЬ ЧЕРЕЗ НЕГО ИСКУПЛЕНИЕ, ОТПРАВИВ ЕГО К АЗАЗЕЛЮ, В ПУСТЫНЮ

Азазель он же Люцифер, он же Сатана, он же Ситра Ахра олицетворяет силы зла в мире. Во все прочие дни евреям предписано избегать служения этим силам, однако их существование важно, и поэтому один раз в году первосвященник "подпитывает" их. В отличии от других религий, в Иудаизме силы зла не независимая субстанция, а слуга подчиняющийся воле Творца, даже получающий жизненные силы от еврейской службы в Храме в Йом Кипур. При этом важен момент жребия, как будто на мгновение пропадает различие между добром и злом, святым и нечистым, наподобие неразличию между Мордехаем и Аманом в созвучный Йом Кипуру Пурим. Если бы автор нашей афтары Константин Бальмонт был бы коэном и служил бы в Храме, в момент возложения жребия он мог бы процитировать свои стихи:

Бог и дьявол

Я люблю тебя, Дьявол, я люблю Тебя, Бог,
Одному — мои стоны, и другому — мой вздох,
Одному — мои крики, а другому — мечты,
Но вы оба велики, вы восторг Красоты.

Я как туча блуждаю, много красок вокруг,
То на север иду я, то откинусь на юг,
То далеко, с востока, поплыву на закат,
И пылают рубины, и чернеет агат.

О, как радостно жить мне, я лелею поля,
Под дождем моим свежим зеленеет земля,
И змеиностью молний и раскатом громов
Много снов я разрушил, много сжег я домов.

В доме тесно и душно, и минутны все сны,
Но свободно-воздушна эта ширь вышины,
После долгих мучений как пленителен вздох.
О, таинственный Дьявол, о, единственный Бог!


1 мая 2019 г.

Недельная глава "Кедошим" содержит немало заповедей и важных цитат, но самая известная - это несомненно "ЛЮБИ БЛИЖНЕГО СВОЕГО, КАК САМОГО СЕБЯ" (Ваикра 19:18). Есть два вектора понимания кто такой "ближний" в этой фразе. Ограничивающий: "ближний" - это только еврей, или еврей соблюдающий заповеди, или еврей соблюдающий заповеди "как положено". Расширяющий: "ближний" - это любой человек, "другой" Сартра, "ты" Бубера; христианская притча о добром самаритянине тоже на этом векторе. В крайнем втором понимании эта фраза стала не просто визитной карточкой иудаизма, но главным и единственным его лозунгом и принципом для "просвещенных умов". Это козырь которым бьют не только еврейские ценности - Шабат, Эрец Исраэль, еврейскую избранность, но и обычные моральные основы, например необходимость борьбы со злом - под флагом бескорыстной любви. Автору нашей афтары Илье Сельвинскому тоже не нравилась такая искаженная трактовка стиха, как мы увидим ниже. Он был одним из первых, кто, придя извне, увидел рвы и поля убийства евреев, и "непротивление злу насилием" вызывало у него здоровое отвращение, - символично, что наша афтара приходится на День Памяти Катастрофы. Это один из немногих случаев, когда ивритский текст из Торы приводится в русском стихотворении (текст в ашкенойзисе, и это у крымчака!). Я опустил детальные описания ужаса Катастрофы в начале стихотворения:

Страшный суд

...
О, что же ты скажешь, рабби,
Пастве своей потрясенной?
Ужели в душонке рабьей
Ни-че-го, кроме стона?
Но рек он, тряся от дрожи
Бородкой из лисьего меха:
"В'огавто
л'рейехо
комейхо!"-
Всё земное во власти божьей...

А в вечереющем небе
Бесстрастье весенней тучи.
И кто-то: "Вы лжете, ребе!"-
Закричал и забился в падучей.

"Ложь!"- толпа загремела,
"Ложь!"- застонало эхо.
И стала белее мела
Бородка из рыжего меха.

А тучу в небе размыло -
И пал
оттуда
на слом
Средь блеска душистого мыла
Архангел с разбитым крылом...
За ним херувимов рой,
Теряющих в воздухе перья,
И прахом,
пухом,
пургой
Взрывались псалмы и поверья!
А выше, на газ нажимая,
Рыча, самолеты летели,
Не ждавшие в месяце мае
Такой сумасшедшей метели.


8 мая 2019 г.

Недельная глава "Эмор" начинается с законов чистоты священников/коэнов. Особое внимание уделяется запрету коэнам оскверняться мертвым, даже участвовать в похоронах, за некоторыми исключениями. Рав Кук в "Орот аКодеш", рассуждая о сущности смерти, приводит стихи из нашей недельной главы: "Смерть - пустой обман. То, что люди называют "смерть", на самом деле усиление и умножение жизни... Коэны, в своей святости, избегают соприкасания с фальшью, потому как нельзя полностью изолироваться от смерти, пока власть лжи господствует в Мире, - если только не отвернешься от лукавого зрелища, которое вводит в заблуждение душу, как сказано 'И НИ К КАКОМУ УМЕРШЕМУ НЕ ДОЛЖЕН ОН ПОДХОДИТЬ' (Ваикра 21:11), 'ДА НЕ ОСКВЕРНИТСЯ ПРИКОСНОВЕНИЕМ К УМЕРШИМ ИЗ НАРОДА СВОЕГО" (Ваикра 21:1)' "

(раздел "Вечная жизненность", глава "Иллюзия смерти")

И ещё: "Страх смерти - общая болезнь, результат греха. ... Страх смерти исчезнет, когда усилится любовь к жизни, в её истинном осознании".

Вряд ли Мирра Лохвицкая читала рав Кука, вряд ли он читал её стихи, однако она выразила ту же мысль в своём стихотворении:

В скорби моей

В скорби моей никого не виню.
В скорби — стремлюсь к незакатному дню.
К свету нетленному пламенно рвусь.
Мрака земли не боюсь, не боюсь.

Счастья ли миг предо мной промелькнет,
Злого безволья почувствую ль гнет,—
Так же душою горю, как свеча,
Так же молитва моя горяча.

Молча пройду я сквозь холод и тьму,
Радость и боль равнодушно приму.
В смерти иное прозрев бытие,
Смерти скажу я: «Где жало твое?»

Да, я знаю, что последняя строчка - почти цитата из христианской книги. Ну и что? И рав Кук обращается не только к евреям, но и к коринфянам.


16 мая 2019 г.

Один из стихов в начале недельной главы "Беhар" стал девизом борьбы против рабства: "ОБЪЯВИТЕ СВОБОДУ НА ЗЕМЛЕ ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ ЕЕ". Или в его английском варианте, как отлито на Колоколе Свободы: Proclaim LIBERTY Throughout all the Land unto all the Inhabitants Thereof. Интересно, что рабы в Юбилейный год освобождались не сразу. В Рош-а-Шана они переставали быть рабами и выполнять рабские обязанности, а до Йом Киппура, десять дней, их учили как быть свободными людьми, прививали чувство собственного достоинства и независимости личности. Потому что, если у человека нет этого чувства, если нет здорового скептицизма и способности задавать вопросы, может оказаться, что он нарушает другое известное предписание, уже из конца нашей недельной главы: "НЕ ДЕЛАЙТЕ СЕБЕ ИДОЛОВ И КУМИРА, ... ЧТОБЫ ПОКЛОНЯТЬСЯ". Трудно быть рабом только Вс-вышнего. Сильно дурное начало, толкающее человека в холопские идеологии, тянет его употребить свободу на выбор роли раба или жреца кумира, есть в отключении мозга и морали своя притягивающая прелесть. Автор нашей афтары обер-шенк князь Пётр Андре́евич Вя́земский очень хорошо прочувствовал этот непростой вызов, который свобода предоставляет человеку. Как он знал, ровно 159 лет назад? Или политкорректность суть явление не новое?

Послушать: век наш — век свободы…

Послушать: век наш — век свободы,
А в сущность глубже загляни —
Свободных мыслей коноводы
Восточным деспотам сродни.

У них два веса, два мерила,
Двоякий взгляд, двоякий суд:
Себе дается власть и сила,
Своих наверх, других под спуд.

У них на всё есть лозунг строгой
Под либеральным их клеймом:
Не смей идти своей дорогой,
Не смей ты жить своим умом.

Когда кого они прославят,
Пред тем — колена преклони.
Кого они опалой давят,
Того и ты за них лягни.

Свобода, правда, сахар сладкий,
Но от плантаторов беда;
Куда как тяжки их порядки
Рабам свободного труда!

Свобода — превращеньем роли —
На их условном языке
Есть отреченье личной воли,
Чтоб быть винтом в паровике;

Быть попугаем однозвучным,
Который, весь оторопев,
Твердит с усердием докучным
Ему насвистанный напев.

Скажу с сознанием печальным:
Не вижу разницы большой
Между холопством либеральным
И всякой барщиной другой.

16 мая 1860


23 мая 2019 г.

Недельная глава "Бехукотай" предсказывает ужасы, которые постигнут народ Израиля, если он не будет соблюдать законы Торы. Самое страшное наказание - это изгнание из Земли Израиля. Земля приходит в опустошение, когда евреи не в ней, дабы компенсировать субботы, которых её преступно лишили, однако её мертвый вид, это лишь фасад, она ждет возвращения изгнанников и оживает, когда возвращение наступает. Как мы удостоились увидеть воочию на протяжении последних поколений.

И ВСПОМНЮ Я СОЮЗ МОЙ С ЯАКОВОМ, И СОЮЗ МОЙ С ИЦХАКОМ, И СОЮЗ МОЙ С АВРАГАМОМ, И СТРАНУ ВСПОМНЮ. ТАК КАК СТРАНА ЭТА БУДЕТ ОСТАВЛЕНА ИМИ И ВОЗМЕСТИТ СВОИ СУББОТНИЕ ГОДЫ В ЗАПУСТЕНИИ ОТ НИХ, И ИСКУПЯТ ОНИ ВИНУ СВОЮ. (Ваикра 26:42-43)

О тоске Земли по её "детям", об ожидании, о её ранимости и жизненности, песня автора нашей афтары Владимира Семеновича Высоцкого (с небольшим сокращением).

ПЕСНЯ О ЗЕМЛЕ

Кто сказал: "Всё сгорело дотла,
Больше в землю не бросите семя!"?
Кто сказал, что Земля умерла?
Нет, она затаилась на время!

Материнства не взять у Земли,
Не отнять, как не вычерпать моря.
Кто поверил, что Землю сожгли?
Нет, она почернела от горя.

Она вынесет всё, переждёт, -
Не записывай Землю в калеки!
Кто сказал, что Земля не поёт,
Что она замолчала навеки?!

Нет! Звенит она, стоны глуша,
Изо всех своих ран, из отдушин,
Ведь Земля - это наша душа, -
Сапогами не вытоптать душу!

Кто поверил, что Землю сожгли?!
Нет, она затаилась на время...

1969